Коррупция естественным образом вплелась в рыночные отношения, где каждый должен делать деньги на своем месте. Первопроходцем и идеологом подношений граждан чиновником не как взятку, а как искреннюю (восторженную?) благодарность, стал московский мэр Гавриил Попов. И процесс пошел. Передовая схема понравилась и новоиспеченным олигархам, выраженное в известном интервью Дерипаски, который там же указал, кто реально правит в России. Поддержка тех, кто «правит» распространила столичный опыт и на всю Россию. Ведь действительно очень продуктивный путь. Не надо ни судебных разборок, ни «стрелок» — нужно просто договориться о цене благодарности и вожделенные объекты, некогда принадлежавшие государству, перейдут в твою собственность.
Система обрастала «мясом» и, как положено в правовом государстве требовала юридического оформления «правил игры». Это касалось прежде всего проведения тендеров, как образцов выбора оптимальных цен госзаказов. Так в строительной отрасли для отсечения ненужных конкурентов («не своих») главном условием, например, при поставке материала, было использование только проектных материалов и не допуск аналогов. Новые законы сняли это положение, но тут же был дан достойный ответ – соответствие характеристик. Если в проектном варианте основные характеристики даже ниже аналога, а одна второстепенная, выше – с чистой совестью и «по закону» аналог не может быть применен.
Но война требует дополнительных затрат для служб не воюющих, но относящихся к военному ведомству.
У меня на руках условия тендера (2024 г.), проводимым одним из военных управлений спецработ, на устройство полимерных полов в казармах (в тылу) на 53 млн рублей. Изначально заложен материал из недружественной страны, правда, доставленное виде сырья и разлит в России. Цена материала – более чем в 2,5 раза дороже отечественных аналогов. Более того, толщина покрываемого слоя (а стало быть и количество закупаемого материала) вместо 1,5-2,0 мм, заложено (и естественно, не будет применено с такой толщиной) — 4мм. Т.е. нагрузка на полы от хождения военнослужащих в казарме, с точки зрения выборы толщины проектировщиками, соответствует нагрузкам от регулярного проезда машин, в том числе и с шипованной резиной по рампе. Стоимость отечественных аналогов по тому же контракту составляла бы не более 19 млн руб, а если бы в проекте была заложена необходимая, для конкретных условий эксплуатации полов толщина, стоимость контракта и вовсе не превышала бы 10-12 млн рублей. И чтобы не было желающих выставлять такие расчеты напоказ и, соответственно, снижать сумму «отката», в правилах организации требований появляется соответствующее положение: Проект неизменен. Также указано, что стоимость работ является не единственным критерием оценки тендера. И цены аналогов (если их удастся «пробить») должны быть не больше, чем на 25% от базовой цены. В противном случае, такие варианты будут отстранены от участия, как демпинговые. Но если вы проявили упорство, входя в «чужой огород» и настояли на своем экономичном варианте, вступив в юридическое противостояние с заказчиком за право иметь аналог, то должны до начала работ оплатить обеспечение контракта в 1,5 раза выше того, которое предусмотрено при «нормальной цене». И даже если вы согласились и на эти условия, остается еще один способ погасить желание попасть на чужую поляну – «постквалификация». Это значит – ждите инспекции. Инспекция, которая проверит соответствие производства экологическим, технических и всем остальным требованиям, и главной целью которой будет являться вывод комиссии о невозможности использования предлагаемого аналога… Как говорится – «против лома, нет приема»…
Вокруг тендерных процедур, как сейчас положено, создаются кормящиеся структуры. Фирмы, предлагающие помощь компаниям в подготовке документации к участию в тендере с гарантией допуска и помощи в победе, хотя бы в некоторых из них…
Мне «повезло» наблюдать работу таких структур, когда в кризисный 2008 г., наша компания решила поучаствовать государственном тендере.
В городском комитете по инвестициям было запланировано провести 10 тендеров по строительным работам. Поскольку тендер по нашему профилю проходил не сразу, у меня была возможность наблюдать атмосферу вокруг торгов. В зал заходили люди отдельными группами (3-4 человека) общим количеством в среднем 50 человек. Состав участников практически не менялся. После каждого тендера объявлялся перерыв на 15-20 минут – и весь народ дружно бежал на «воздух» — подышать и покурить.
Когда настала очередь на наш тендер, то сильно удивился такому количеству вошедших в зал конкурентов по нашему профилю.
Начались торги. Шаг снижения – 1%. Представитель одной компании дает согласие на этот шаг. В зале – тишина. Я, готовый дать общее снижение, ввиду завышенной цены, как минимум на 30%, успеваю дать свое предложение на следующий шаг. И ощущаю толчок себе в спину и диалог: «мужик — ты первый раз здесь? –Да. — Вон сидит победитель, и мы после тендера пойдем получать деньги»…
Тендер завершен. Вместо десяти минут – 15. Толпа в очередной раз, но уже и со мной, рванула «на воздух» в ближайший двор. Дама из стоящего рядом джипа достает из портфеля деньги и отсчитывает каждому участнику по 9000 рублей. Наверное, могло быть и 10, если бы не мой «опрометчивый поступок».
И на душе стало легко не от того, что «заработал», а от того, что не выиграл тендер. Представилось, как 50 человек и сотня ног несутся за мной по Мойке, а затем по Невскому с душераздирающими воплями: «деньги давай!!!»… Ведь ребята пришли на работу – деньги зарабатывать.
Таким образом, участвуя в 10 заявленных «тендерах», каждый «представитель» получил в рамках отработанных «процедур» 80-100 тысяч рублей, соответственно «победитель» заплатил 4-5 млн рублей. И это при условии, что все тендеры были по схожей с моим тендером ценой – 3-4 млн рублей. При этом деньги, полученные от договоров на оказание услуг по сопровождению тендеров, носят символический характер, являясь лишь легальным фасадом для основного дохода.
Как видно, из представленных примеров, коррупция уже не является единичным случаем, а носит системный характер и имеет четкую систему управления процессом. Аналогичные, но творчески переработанные схемы коррупционных механизмов, внедрены и на более высоком уровне, где разыгрываются и значительно более высокие ставки.
Система работает и устраивает всех. А что действительно плохого в том, что креативные люди создают схемы обогащения из «воздуха». Ну не получила заказ фирма с лучшими предложениями на тендере. Ну сделали другие – денег же хватило. Ведь не украли. Никого не убили. Все по закону в стране возможностей. Если есть возможность управлять процессами выбора подрядчика – почему не воспользоваться. Важно не забыть отправить «управляющему». А ЦБ всегда помогал и поможет отправить деньги, заработанные честным и благородным трудом, на зарубежные счета, и не задавая глупых вопросов, свойственных чиновникам тоталитарных режимов с не рыночной экономикой, о происхождении капиталов.
При этом в ЦБ не принято измерять температуру в этой отрасли рождения капитала. Десятки тысяч рублей в час, зарабатываемые за участие в инсценировке тендерной процедуры, поддерживают экономику в комфортно-прохладном состоянии, в отличие от работяг, получающих столько же (но в месяц) и обеспечивающих своими переработками трехсменку и выпуском реальной и осязаемой продукции, например, на Уралвагонзаводе, и которые таким своим трудом создают проблемы ЦБ «перегревом» экономики.
Как же рынок формировал кадровую политику на госслужбу? Основной тезис – резкое увеличение зарплаты. Потому что туда (на службу) никто не пойдет. Т.е. основной посыл – набор наемников для исполнения каких-либо обязанностей. Вопросы (требования) к чиновнику служению Отечеству и долгу ему не ставились во главу угла, вероятно, как «родимые пятна тоталитарного режима».
Ответы кому должны служить государственные чиновники и методику подбора кадров четко изложил Дерипаска в интервью двадцатилетней давности. Следует отметить, что в интервью Дерипаска идентифицирует себя и крупный бизнес (т.е. олигархию), как «власть» и «элита», способная принимать решения и их реализовывать. Эта «власть» … «должна принимать решения по эффективному управлению политическими структурами, госаппаратом… конкурентоспособный бизнес не может пойти на такой великий риск — произвольное назначение менеджеров госаппарата, как бог на душу положит…». Ключевым моментом ответственного выбора кадров является то, чтобы госменеджер был адекватным… прежде всего в понимании приоритета бизнеса в государстве. Естественно, такие (адекватные) кадры должны быть хорошо прикормлены: …«нигде в мире чиновники, в том числе правоохранительных ведомств, судьи, не живут на мизерную зарплату из бюджетной кассы. Если человек правильно понимает все, если он задействован в какой-либо технологии властных действий — ему согласуется уровень личных доходов, и жизнь его и его семьи обеспечивается очень хорошо…».
История эскортницы, Насти Рыбки, рассказавшей о деловой поездке, проведенной на яхте в компании Дерипаски и зам.главы Аппарата Правительства (в статусе вице-премьера) Приходько, показал, что приведенное интервью не пьяный разговор, когда «олигарха понесло», а демонстрация реально действующего механизма взаимодействия олигархии и чиновничества высокого уровня.
Естественно, как солдат мечтает стать генералом, так и уважающий себя чиновник мечтает стать олигархом. Потому доходов, даже установленной «властью» не хватит для этой цели…
Сохраняя «адекватность», соответственно, поддержку олигархической «крыши» даже в условиях войны они ведут (и расширяют) свой чиновничий бизнес: продолжают пилить бюджет при строительстве укреплений, придерживают на складах для коммерческой реализации снаряды и качественное обмундирования, дроны… Недолечившихся бойцов контрактников офицеры-тыловики отправляют на фронт, если те не согласятся на мзду. «Ксива» участника боевых действий продается (правда, какое-то время нужно засветиться близ ЛВС). За отдельную плату, можно к «ксиве» добавить медаль…
Ситуация неприятная, но не безнадежная. Война рождает кадры среди тех, кто годами «смерти смотрели в лицо», теряя друзей, которые становились в окопах братьями. Там у бойцов формируется и закрепляется до конца жизни обостренное чувство справедливости. Ненависти ко лжи. И эти люди нужны прежде всего в органах исполнительной власти. С должностями не ниже замов глав региональных образований. При этом не должна повториться история «введения во власть» бойца, активно пропиаренная в СМИ несколько лет назад. Он пришел наводить порядок в борьбе с коррупцией, однако не продержался и нескольких месяцев. Фронтовик оказался, по мнению чиновников, очень горячим и не опытным. Простым языком – не договорился поддерживать, принятый чиновниками порядок вещей. Но только «неадекватность и горячность» фронтовиков, с точки зрения чиновников, в чей монастырь заводятся люди, не принимающие их устав, позволит навести порядок. Потому что неадекватность фронтовиков для чиновников – это обостренное чувство правды и справедливости, необходимое для наведения государственного порядка на местах.
Как это не будет сложно, высшей власти в кадровом вопросе нужно подходить к государственному понятию адекватности высших чиновников, отличному от понимания Дерипаски. В том числе адекватности самого спикера олигархии, считающему, что теперь народу должна быть отведена роль быдла. В рамках этой роли, по мнению Дерипаски, народу позволено иметь возможность «заходить в кабинки для голосования — торжественно, под звуки музыки»… Для того, чтобы ощутить и «…надолго запоминать то, что они имели демократическую возможность поставить галочку в любом месте, где захотят».
Головокружение во власти не позволяет Дерипаске поинтересоваться историей России (или взять курсы у Мединского). Тогда бы он мог узнать, как быстро и легко в России происходит путь не только «из грязи – в князи», но и – наоборот.
Государство должно отделить себя как от взглядов образного «Дерипаски», так и от влияния олигархии на власть. Как в свое время Сталин в жесткой (жестокой) борьбе победил «ленинскую гвардию» Троцкого, мечтавшую превратить Россию в материально-техническую базу и «мясо» для мировой революции, и привел страну от «сохи» до супердержавы, так и сейчас государство должно заставить олигархию работать на страну, а не пытаться ею (страною) управлять.
И, ситуация, когда простой народ из последних средств собирает деньги на помощь армии в войне, а Российская олигархия поднимается на верхние строчки рейтинга Форбс, недопустима. И если крупный бизнес созданный с «нуля» может принимать решение по распоряжению своим капиталом, то олигархам «приватизировавшим» ресурсы России и предприятия, построенные «потом и кровью» наших предков, пришло время доплачивать за переданное Чубайсом «бесплатно или за копейки» некогда народное достояние. Это вполне бы соответствовало традициям правды и справедливости веками передававшимся в русском народе. А не требовать каждый год (включая текущий) «гарантийных писем» от Президента и Думы о невозможности пересмотра итогов приватизации, уподобляясь просьбе воришки тушить шапку, которая все время на нем горит.
Конечно, взволнованным возможными переменами олигархам, можно добиваться легализации «нажитого» через пролоббированные раннее законы в этом мире, но не стоит забывать законы в другом мире, которые переданы нам через пророков: «Строящий дом свой на чужие деньги – то же, что собирающий камни для своей могилы» (Сирах, 21.9)…
Нельзя призывать народ к возвращению традиционных ценностей России– соборности, нестяжательству, справедливости и правде – и создавать параллельный мир коррупции, сребролюбии и лжи. Потому что «всякое царство, разделившееся в себе опустеет, и всякий город или дом, разделившейся в себе не устоит» (Матфей 12.25). Мир торжества лицемерия и его печальный результат страна уже прошла. Когда идеологи КПСС не могли внятно объяснить людям понятие «коммунизма» и конечную точку его прихода. При этом номенклатура уже жила в нем на глазах народа.
Потому пришло время государству сделать жесткий выбор того мира, который мы собираемся строить. Мир справедливого гражданского общества, либо мир стяжательства, лицемерия и торжества мамоны.
Результатом такого выбора должны быть закреплены в законах, и создании исполнительных структур, гарантирующих их исполнение.
